Интервью с Дугласом Сантосом: защитник «Зенита» – о жизни в России, неудачах в Европе, продлении контракта и религии

Один из лучших легионеров РПЛ рассказал о своей жизни в России. И объяснил, чем Юри Алберто лучше Азмуна.

Если задаться вопросом, кто самый стабильный игрок в «Зените», то, пожалуй, первым делом в голову придёт имя Дугласа Сантоса. С тех пор как бразильский защитник переехал в Россию, он почти во всех матчах играет либо на «хорошо», либо на «отлично». Даже когда меняется его роль на поле: 27-летний универсал успешно закрывал позицию и центрального защитника (и это при росте 175 см!), и опорного полузащитника. В прошлом сезоне Дуглас Сантос, будучи в основном левым защитником, поделил первое место в списке лучших ассистентов РПЛ с Кристианом Нобоа из «Сочи» – оба сделали по семь голевых пасов.

Максимально ответственный подход к работе – отражение характера бразильца из «Зенита». Дуглас Сантос кажется очень серьёзным человеком, его не увидишь танцующим на бровке, как, например, Клаудиньо, Вендела, Малкома или Юри Алберто. О своих взглядах на жизнь, выступлениях за «Зенит», периоде в России и многом другом защитник чемпионов страны рассказал в интервью «Чемпионату».

Интервью с Дугласом Сантосом: защитник «Зенита» – о жизни в России, неудачах в Европе, продлении контракта и религии

«Зенит» устроил самую мощную зимнюю закупку за три года. Итоги паузы в РПЛ

«Помощник не понял, что я сказал. Пришлось показать курицу»

— Вы уже 2,5 года в «Зените». Как поменялись ваши представления о России за это время?
— Честно говоря, до 2018 года я не очень много знал о России, не слишком следил за событиями в вашей стране. Естественно, российский чемпионат мира это изменил. Когда смотрел матчи турнира, открывал для себя города, стадионы. Но мне всё равно Россия представлялась более закрытой страной. Я судил по тому, что слышал от друзей, знакомых. Русские люди казались более суровыми, холодными, соответствуя климату страны.

Но оказалось, что Россия – совсем не такой закрытый мир, как я думал. Как бы холодно ни было на улице, люди несут в себе столько человеческого тепла, что его хватит согреть всех вокруг. Сужу по себе: куда бы я ни пошёл, сталкиваюсь с приятными людьми. И чем дольше живу в России, тем сильнее убеждаюсь, что так оно и есть.

Мои родители прилетели сюда, погуляли по городу. Убедились, что Санкт-Петербург – красивейшее место. Им тут понравилось. Они тоже изменили своё восприятие. Раньше по телефону всё время спрашивали: «Ну как там, холодно? Все хмурые и не улыбаются?». Теперь родители точно думают иначе.

— Как с русским языком? Есть прогресс?
— Стараюсь запоминать слова, что-то говорить. Знаю многие фразы на русском. Закончить их, может, не получится, но донести свою мысль короткой фразой точно смогу. Особенно это касается футбольной терминологии. На поле стараюсь часто говорить по-русски, и мне это удаётся. По крайней мере, меня все понимают.

Для систематического изучения языка требуется время. Признаюсь, после рождения второго ребёнка найти его непросто. Это совсем другая ситуация, чем была у меня в Германии. Тогда мы ещё не завели детей. Я имел свободное время после тренировок и смог достаточно хорошо выучить немецкий. Сейчас не до регулярных занятий. Но я не бросаю это дело, постоянно пытаюсь запоминать новые слова.

— Бывший игрок «Спартака» Моцарт изображал курицу или свинью в магазине, когда объяснял, что хочет купить мясо. У вас были похожие истории?
— Моцарт? Честно говоря, не знаю этого игрока… Да, у меня была похожая история. Приехав в Россию, я стал искать того, кто помогал бы мне в быту. Со мной работает такой человек – русский, владеющий португальским языком. Иногда я забываюсь и произношу какое-то слово, которое используют только бразильцы.

Как-то раз я сказал, что хочу курицу, но употребил незнакомое для него слово – galinha вместо frango. Он не понял. Я повторил – он опять не разобрал. И тогда пришлось показать курицу (смеётся).

Интервью с Дугласом Сантосом: защитник «Зенита» – о жизни в России, неудачах в Европе, продлении контракта и религии

Изменился до неузнаваемости. Где сейчас экс-игрок «Зенита» и «Челси» Кежман

«Современная музыка и танцы не совпадают с моими взглядами»

— Будучи защитником, вы в прошлом сезоне стали лучшим ассистентом РПЛ. У вас какие-то особенные кроссы или весь секрет в том, что Дзюба с Азмуном настолько хороши в штрафной?
— Думаю, тут всё вместе. Не буду говорить, что у меня плохие кроссы. Я тренирую их, поэтому уверен в своих передачах. Но, конечно, если бы в штрафной соперника не было таких форвардов, как Дзюба и Азмун, все передачи были бы бесполезны. Без них я точно не стал бы лучшим ассистентом чемпионата России. Они – очень крутые нападающие.

— Азмун ушёл из «Зенита», ему на замену взяли Юри Алберто. Давайте откровенно: насколько сейчас Юри близок по своему уровню к Сердару? В каких качествах он посильнее?
— Если говорить про работу с мячом, то это нападающие одного уровня. Юри, как и Сердар, всегда хочет быть первым, стремится забивать. Он достаточно мощный, прилично работает корпусом. Поэтому может выигрывать единоборства в штрафной. Резкий, быстрый, обладает прекрасным голевым чутьём. По его статистике в Бразилии видно, что много забивает.

При этом, судя по тому, что я вижу по нашей совместной работе в «Зените», с Юри мы гораздо больше приобретаем в плане обороны. Вот в этом компоненте он сильнее Азмуна. Значит, мы в плюсе: не потеряем качества в атаке, но много приобретём с точки зрения оборонительных действий. Наша игра после потери мяча улучшится.

Интервью с Дугласом Сантосом: защитник «Зенита» – о жизни в России, неудачах в Европе, продлении контракта и религии

Фото: fc-zenit.ru

— Есть мнение, что пять легионеров из одной страны – это слишком много. Создаётся банда, которая может менять атмосферу в команде. Что ответите?
— Мне кажется, неправильно мыслить такими категориями. Тем более заявлять, что «Зенит» может расколоться на группировки. Мы все здесь с одной целью – быть командой. Конечно, из-за того, что мы, бразильцы, не говорим свободно по-русски, больше общаемся в своём кругу. Просто по той причине, что прекрасно понимаем друг друга. Но и я, и другие парни, и Барриос стараемся общаться со всеми футболистами «Зенита». Кто-то в команде знает английский – с ними проще поддерживать общение. Но даже если вы совершенно не понимаете друг друга, есть жесты, с помощью которых можно объясниться.

Для меня нет проблемы, чтобы общаться со всеми игроками команды. Я вижу, какая атмосфера внутри нашего коллектива. И, судя по тому, что сейчас происходит в «Зените», эта атмосфера никуда не исчезнет.

— Бывает, Малком, Клаудиньо и Вендел устраивают какие-то бразильские танцы на камеру. Вы как будто держитесь в стороне. Почему?
— Я глубоко верующий человек. Если я что-то делаю на поле и за его пределами, то в том числе для того, чтобы каждый раз благодарить бога за всё происходящее в жизни. С моими взглядами не очень совпадают современная музыка и современные танцы. Зачастую в песнях поётся такое, что я даже произнести не могу. Мне это не нравится, и я не хочу это слушать. Не осуждаю людей, которым такие вещи по душе. Но сам стараюсь максимально отстраняться.

— Когда же вы в последний раз танцевали?
— Это было в возрасте 13-15 лет. В моём родном городе в Бразилии. Помню, мы танцевали под современную музыку. Было что-то вроде дискотеки.

«Я перестал постоянно думать о сборной. Вызов не сделает меня счастливее»

— В декабре появилась информация, что вас пытается переманить «Фламенго». Насколько она соответствовала действительности?
— Лично для меня в этих новостях ноль правды. Никакой информации об интересе «Фламенго» не получал. Да и было бы странно обсуждать трансфер, ведь незадолго до этого я подписал новый контракт с «Зенитом». Я абсолютно доволен своей жизнью и карьерой в Санкт-Петербурге.

— У вас есть внутренняя установка: раньше какого-то возраста не возвращаться в Бразилию?
— Нет. Это опять же вопрос веры внутри меня. Я вверяю себя воле бога и знаю, что он выберет для меня лучший путь. Просто следую этому пути. Не строю планов относительно будущего, так как не вижу в этом смысла. Мне кажется, если буду следовать выбранным мною принципам, то моя дорога окажется правильной и достойной. И я буду счастлив. Так что живу сегодняшним днём – не держу в уме возрастные рубежи.

— Можете представить, что останетесь жить в Европе по окончании карьеры, а не вернётесь в Бразилию?
— Нет, даже не задумывался об этом. Карьера футболиста очень сложна. Я в 16 лет уехал из дома и возвращался только в отпуске, максимум на месяц. Мне тяжело без семьи, друзей. Поэтому, когда закончу играть, очень хочу вернуться в свой родной город, который я безумно люблю. Хочу, чтобы меня окружали близкие люди. Я по ним очень скучаю, и одного месяца рядом с ними недостаточно.

— Вы любите выкладывать в «Инстаграме» фотографии с женой и детьми. Вспомните самый трогательный семейный момент?
— Таких моментов было два: рождение моей первой дочери Лауриньи и рождение Лиз, второй дочери. Это подарок от бога нам с женой. Никакие другие моменты не могли бы сравниться с этими по эмоциям, радости. Конечно, были слёзы от счастья. Я их совершенно не стеснялся.

Мне кажется, если не всем на Земле, то 99% людей хочется иметь детей. Лично я вижу в этом некий божественный замысел – мы рождены, чтобы продолжать свой род. Я очень счастлив, что у меня есть две дочки.

Посмотреть эту публикацию в Instagram

— В мае 2016 года вы сыграли один матч за сборную Бразилии. Вскоре после этого выиграли Олимпиаду. Но на этом ваши выступления за национальную команду закончились. Когда в последний раз на вас выходили представители «селесао»?
— После Олимпиады никто из сборной со мной не контактировал. Я думал об этом. Пришёл к выводу, что попадание в национальную команду во многом зависит от стечения обстоятельств. Футболист может играть очень хорошо, но его по каким-то причинам не будут вызывать. Сейчас многие бразильцы выступают здорово, вот только для каждого место в сборной не найдёшь. И в какой-то момент я просто перестал постоянно размышлять на эту тему. Понимаете, вызов или невызов в национальную команду никак не изменит моего внутреннего состояния. Не стану от этого счастливее или несчастнее. Знаю, что я олимпийский чемпион, что сделал на том турнире всё для своей страны. Этой медали нет у многих великих футболистов, обладающих большим количеством наград. Кто-то из них выступал на Олимпиаде и не смог победить. Мне достаточно воспоминаний о том, как мы завоёвывали золото в 2016-м.

Вообще, я человек, который стремится к совершенству. И на моём отношении к делу не отразится, вызовут меня в сборную или нет. Если я доволен своей работой на тренировках и своей игрой, то прекрасно с этим живу. Для меня это самое важное. «Зенит» раскрыл передо мной свои двери, принял меня с распростёртыми объятиями, и мне хочется каждый день возвращать ему за это.

Интервью с Дугласом Сантосом: защитник «Зенита» – о жизни в России, неудачах в Европе, продлении контракта и религии

«После перехода в «Зенит» был звонок: «Почему продали нашего игрока?» Интервью с Адамовым

«Деньги – не ключевой фактор продления контракта с «Зенитом»

— Осенью вы продлили контракт с «Зенитом». Сколько времени заняло обсуждение финансовых условий?
— Мы быстро договорились. Обе стороны знали, что хотят продления контракта. Поэтому не ушло много времени на обсуждение деталей. Всё растянулось где-то на три недели только из-за того, что у меня были переезды. Никак не получалось несколько дней подряд находиться в одном месте, чтобы проговорить какие-то вещи.

— Какие условия, кроме финансовых, были важны для вас при обсуждении нового контракта?
— Да я бы вообще не говорил о финансах, как о ключевом факторе продления контракта. Главное, хотел увидеть, что клуб рассчитывает на меня и доволен моей работой. И я почувствовал – «Зенит» в меня верит.

— Почему «Зенит» не так успешен в Европе?
— Надеюсь, вы понимаете: мы, футболисты, всегда выкладываемся на сто процентов ради победы. Что в чемпионате России, что в еврокубках. Вспомните последние матчи «Зенита» в Лиге чемпионов. На мой взгляд, по игре наша команда имела хорошие шансы победить «Челси» и в Лондоне, и дома. Мы могли обыграть дома «Ювентус». Да, этого не случилось. Но нам не в чем себя упрекнуть. Мне кажется, болельщики видели, что мы очень прилично играем. «Зенит» не выглядел слабым на фоне лучших команд Европы, боролся за выход в плей-офф даже в такой тяжёлой группе. Иногда невозможно объяснить, почему результат не был положительным.

Интервью с Дугласом Сантосом: защитник «Зенита» – о жизни в России, неудачах в Европе, продлении контракта и религии

Фото: fc-zenit.ru

— Критики «Зенита» говорили, что в Европе команда не играет в смелый футбол. Что-то можете ответить?
— Не думаю, что я должен отвечать на это высказывание. У каждого человека своё мнение, и мне, скорее всего, его не поменять. Люди часто видят те или иные вещи по-своему.

Конечно, каждый футболист счастлив, если команда играет хорошо, забивает много голов и у неё всё получается на поле. Но я доволен игрой и тогда, когда мы, пусть и не выигрывая, выкладываемся на сто процентов, боремся до конца. Приятно чувствовать, что ты отдал все силы ради успеха. В такие дни понимаешь: поражение – лишь часть будущей победы. Проиграешь сегодня, но, в конце концов, можешь стать чемпионом.

На мой взгляд, «Зенит» играет хорошо. Мы трижды подряд взяли золото РПЛ, а в этом году сражаемся за четвёртый титул. В Лиге чемпионов качество нашего футбола улучшается с каждым годом. Вижу это, сравнивая с предыдущими сезонами. Нас учат в том числе и пережитые неудачи в Европе. Но надо понимать, что футбол – это не только победы. Это ежедневная борьба: на каждой тренировке и в каждом матче. И в футболе, как и в жизни, многое зависит от стечения обстоятельств. Я верю, что в следующем сезоне, набравшись ещё больше опыта, мы наконец-то выйдем из группы в плей-офф Лиги чемпионов.

Источник: www.championat.com

Оставьте комментарий

Яндекс.Метрика