Миркин: Как обуздать инфляцию

Больше четверти века Банк России лечит инфляцию ростом процента и жесткой денежной политикой и никак не вылечит. Если врач 25 с лишним лет дает вам одно и то же лекарство, а вам лучше не становится, то сразу же стоит спросить: «А то ли это лекарство? И правильно ли врач понимает болезнь?» Больше 20 лет среди промышленников и экономистов существует стойкая оппозиция сверхвысокому проценту и этим жесткостям под лозунгом: «Вы губите рост экономики в угоду борьбы с инфляцией! А справиться не можете!» И 20 лет нет ответа на эти стоны и крики.

Каждому понятно, что в развивающейся экономике, такой как Россия, отчаянно нуждающейся в инвестициях и модернизации, нельзя вести себя так, как будто центральный банк находится в Нью-Йорке или Лондоне с Парижем и Франкфуртом. Это разные реальности. В таких экономиках центральный банк гораздо больше принимает на себя задачи поддержания не только стабильности цен, но и стимулирования экономики, роста, модернизации. Это блестяще доказано центральными банками стран "экономического чуда".

Прежде всего в азиатских странах, где сверхбыстрый рост монетизации, насыщенности кредитами десятилетиями продолжался — и происходит сейчас — при снижении процента и умеренной инфляции. Зато год за годом растет способность стран к инвестициям и росту, их финансовая машина.

Мы — не в их числе. Уже десятилетиями в России обсуждается тезис о том, что у нас инфляция — преимущественно немонетарная, что борьба с инфляцией в России — это прежде всего замораживание цен, регулируемых государством и частными монополиями, плюс самый жесткий антимонопольный контроль за ценами и создание действительно конкурентной, рыночной среды. Во всяком случае в те недавние годы, когда правительство замораживало цены, формируя будущие цены по правилу "инфляция минус", а не "инфляция плюс", цены немедленно и ощутимо притормаживались.

У Банка России, как и любого другого ЦБ, есть масса иных способов воздействовать на денежную массу кроме повышения процента. Первое — это прямое воздействие на ее величину. Этим активно занимается, например, Банк Китая, увеличивая или уменьшая рефинансирование со своей стороны коммерческих банков. И в этом не менее активны ФРС (США), Европейский центральный банк, Банк Англии и др. в программах выкупа активов (облигаций у бюджета или же облигаций и других активов у коммерческих банков).

Куда ни кинь, всюду клин. Сырье дешевеет на мировых рынках — цены растут. Сырье дорожает — то же самое

Второе — воздействие через нормативы (резервирования, ликвидности, риска и кучу прочих). Закрутишь гайки, повысишь нормы резервирования — сожмешь денежную массу. И, наоборот, отпустишь — и в экономику "заструились" новые деньги и кредит. Все это хорошо известно, замечательно работает и вызывает одни и те же вопросы — зачем десятилетиями держать в России заоблачной цену денег, сдерживая рост экономики самым тяжким способом?

Мы больше 25 лет находимся в 50-м — 80-м десятке стран мира по уровню процента по кредитам (чем больше "место", тем хуже). Сегодня у 85 стран мира ключевая ставка центрального банка ниже, чем у Банка России. Если все так будет продолжаться, то, очнувшись через 15-25 лет, мы увидим все ту же высочайшую ставку ЦБ и все те же разговоры — когда же наконец нормализуется процент в России?

А инфляция? Мы не знаем, то ли смеяться, то ли плакать. Когда мировые цены на нефть и другое сырье падают, то рубль слабеет, импорт дорожает в рублях, и за ним — все что угодно в России. Когда мировые цены на нефть и другое сырье, наоборот, растут, рубль укрепляется, то российские экспортеры говорят: "Ну как же нам не повышать цены внутри страны? Смотрите, как все дорого на мировых рынках. Значит, мы должны наши цены назначить гораздо выше, а если нет, то нам будет выгоднее поставлять за границу, а не на внутренний рынок. Поймите нас, пожалуйста". И повышают цены.

Так что куда ни кинь, всюду клин. Сырье дешевеет на мировых рынках — цены растут. Сырье дорожает — то же самое. Рубль слабеет — цены растут. Рубль укрепляется — цены не падают и в конечном счете все равно растут. Всегда найдется причина. Экономисты всегда объяснят.

Может быть, нам разбираться не с денежной и процентной политикой, а с монополиями и олигополиями? Или внимательнее отнестись к тарифной / ценовой политике государства? Может быть, нам наконец сказать себе, что Центральный банк может мало что сделать в такой модели экономики, а если может, то только вместе с правительством, ежегодно заключая соглашения о замораживании / торможении цен?

Пока же процент гонит вверх издержки в реальном секторе, помогая ценам расти. Банки чувствуют себя неплохо, делая рекордные прибыли, потому что каждое решение Банка России о росте ключевой ставки увеличивает их процентную маржу. Рост процента по депозитам отстает от роста процента по их ссудам. И ЦБ с гордостью анонсирует их рекордную годовую прибыль.

Еще раз повторим формулу борьбы с инфляцией. Она проста: замораживание цен и тарифов государством (цены "инфляция минус" вперед на год) плюс сильнейший антимонопольный контроль за ценами (дать для этого ресурсы ФАС) плюс соглашения о "замораживании" с крупнейшими монополиями, особенно с теми, кто находится под контролем государства, плюс создание действительно рыночной, конкурентной среды (доля среднего и малого бизнеса не 21-22% ВВП, а 40-55%) плюс нормализация процента хотя бы до 3-4%, когда изменение ключевой ставки ЦБ происходит микроскопическими дозами, а не семимильными шагами.

Так что, победим цены? Мы все этого очень ждем, хорошо понимая, что если ничего не изменится, то даже тогда, когда мировая инфляция, сегодня высочайшая, наконец упадет через год — два, то мы в России все равно можем остаться в прежней реальности — с ростом цен, всегда стремящимся к 8-10% или даже выше, чему всегда найдутся причины и масса объяснений.

Источник

Оставьте комментарий

Яндекс.Метрика